Путинская Россия стала слугой всех господ

Русским «крепостным» внутри страны от этого только хуже.

Африканская политика Путина не может пониматься исключительно как экономическая (неоколониалистская) экспансия на Черный континент.

Никакого «российского капитализма» в международном измерении не существует.

Под брендом РФ действуют офшорные и транснациональные корпорации и компании с мультипаспортными акционерами, которые, благодаря коррупционным связям с российским государством, используют это государство для силового и политического прикрытия своих авантюр.

Населению России от деятельности всей этой камарильи не перепадает НИЧЕГО. Населению африканских стран тоже.

Рассуждения про то, что РФ в Африке выполняет роль китайского «мальчика на побегушках», занимаясь теми территориями, где «у китайцев не получилось» — верны лишь отчасти.

Путинский режим пытается играть роль равноудаленной от переходящих от глобального соперничества к глобальному противостоянию КИТАЯ и США «третьей силы».

Это логически правильная, но труднейшая задача.

Для ее решения надо «найти-с подходец» к каждому из мировых гигантов, предложить ему нечто для него интересное, но в силу разных причин к самостоятельному исполнению гигантом нежелательное.

Так как «экономики РФ» как фактора глобальной экономики практически не существует, рубль в международном плане — ничто, российская элита послала своих детишек «аманатами» в Новую Римскую империю, держит там сбережения, а военно-шойгунские игры РФ никого всерьез не впечатляют — остаются внешнеполитические авантюры, на которые ведущие мировые силы будут «закрывать глаза».

Роль «слуги двух господ», этакого «Труффальдино из Бергамо» — единственная рациональная для Кремля.

Для каждой из высоких сторон путинская РФ пытается играть роль услужливого «решалы» — делать сложные и грязные дела там, где это невыгодно «старшим партнерам».

Надо признать, что это для Путина единственно разумная стратегия вхождения и закрепления в обслуге мировых господ, обретения «глобальной легитимности».

Есть еще у африканской политики РФ и европейское измерение.

Африка (точнее ее грабеж и эксплуатация) — источник богатств и благосостояния Европы на протяжении нескольких столетий.

Собственно между Англией, Францией, Бельгией, Испанией, Португалией, Италией и Германий (современным ядром ЕС) и были поделены африканские богатства к началу Первой Мировой войны.

Потом Германию (с ее Камеруном, Танзанией, Намибией, Того) жестко бортанули, а остальные европейские страны от колониализма (политической ответственности за колонии) перешли к неоколониализму (политической безответственности при усиленной экономической эксплуатации с помощью местных вождей).

Но Африка осталась важнейшим направлением общеевропейской политики.

Во-первых, потому что она рядом и богатства ее по-прежнему велики и легко достижимы.

Во-вторых, потому что масштаб африканского проникновения в Европу можно видеть хотя бы по турниру УЕФА. Африка дает неиссякаемый миграционный поток в ЕС, связана с ним теснейшим образом.

Возможно, Путин мог взяться за африканские дела (а единственно, что он может там сделать — это принести в Африку «управляемую демократию», то есть путинизм) как за часть газового соглашения с европейцами, столь необходимого Кремлевском режиму для выживания.

Типа, мы наведем порядок, установим просвещенные диктатуры, где надо прольем кровь — а вы тут ни при чем, вы скажите, что это «Путин и его повар с Малофеевым все сделали». Руки холеных господ из ЕС останутся чисты, они по-прежнему будут за свободную миграцию, права человека и все такое, но на места (в голод, войну и межплеменной ад) посылать войска больше не потребуется. Там все Путин решит с ЧВК.

То есть по-прежнему роль слуги всех господ — единственная роль путинской элиты в мире.

Стране и ее народу от их амбиций и успехов — как русским крепостным начала XIX века от подавления царизмом Польши и Венгрии — только хуже.

Повышение мирового статуса приводит к полной утрате режимом всякого страха внутри страны и усилению всех мыслимых форм угнетения — от политического до экономического.

Максим Шевченко, «Эхо Москвы»