Левый поворот?

Чилийский бунт стал неожиданностью для многих.

Помните, у Маяковского: «Кто там шагает правой? Левой, левой, левой!» В Латинской Америке этот призыв звучит вновь. На континенте как будто забыли, что левый популизм приводит к чудовищной инфляции, безудержному росту цен, обнищанию населения, а ортодоксальный социализм не только провоцирует дефицит туалетной бумаги, но и, как доказал Фридрих Хайек, является «дорогой к рабству».

Еще каких-то пять лет назад казалось, что Латинская Америка сделала ставку на демократический курс. В 2015-м в Аргентине победу на выборах одержал правый кандидат Маурисио Макри, сторонник свободного рынка, открыв для континента эру неолиберальных реформ. В 2016 году в Бразилии импичменту подверглась Дилма Руссефф, возглавлявшая левоцентристскую партию, которая скомпрометировала себя масштабной коррупцией. Теперь страной руководит крайне правый Жаир Болсонару. В Перу в 2016-м к власти пришел Педро Пабло Кучински, в прошлом экономист Международного валютного фонда. В 2017 году в Чили после четырех лет левоцентристской коалиции Мишель Бачелет в президентский дворец «Ла Монеда» вернулся обучавшийся в Гарварде мультимиллионер Себастьян Пиньера. В 2018-м выборы в Колумбии выиграл также получивший образование в США правый кандидат Иван Дуке. Даже в Эквадоре, одном из государств, строивших «социализм XXI века», новый лидер Ленин Морено, несмотря на свое звучное имя, отмежевался от предшественника, демагога Рафаэля Корреа.

Поклонники социалистических идеалов остались в меньшинстве. В Венесуэле начались многомиллионные протесты против Николаса Мадуро и его режима, держащегося на плаву за счет контрабанды наркотиков и нелегального экспорта золота, а также обворовывания собственного населения, которому приобретаемое за рубежом по демпинговым ценам продовольствие продается втридорога. Компанию Каракасу составляла лишь Куба, никарагуанский режим Даниэля Ортеги да кокаиновый президент Боливии Эво Моралес.

Компанию Каракасу составляла лишь Куба, никарагуанский режим Даниэля Ортеги да кокаиновый президент Боливии Эво Моралес

Что же происходит сейчас? На только что состоявшихся выборах в Аргентине Макри с треском проиграл левоцентристу Альберто Фернандесу. Экономическое положение в стране ухудшилось, чем и воспользовались популисты. Инфляция в 2018 году составила 47,6% — выше только в Венесуэле. Прогноз на 2019-й — 55%. Когда после праймериз стало понятно, что победит Фернандес, который взял себе в напарники бывшего президента Кристину Фернадес де Киршнер (любимицу Владимира Путина, которую пять лет назад обвиняли в коррупции), инвесторы испугались возвращения к «популизму киршнеризма», который однажды уже обанкротил финансовую систему страны. Песо резко ослабел, капитал потек из страны.

Маурисио Макри (Фото: Erica Canepa / Bloomberg)

Поворот налево также может грозить Перу, где Педро Пабло Кучински был в прошлом году отстранен от власти по обвинению в получении взятки от бразильского строительного гиганта Odebrecht. А бразильский лидер Жаир Болсонару, пишет The Washington Post, менее чем за год после своего триумфального восхождения оказался в изоляции внутри страны и за ее пределами. Победивший на выборах в Аргентине Фернандес называет Болсонару «расистом, бешеным женоненавистником» и открыто поддерживает оказавшегося в тюрьме (также по обвинению в коррупции) бывшего многолетнего президента и лидера бразильских левых Лулу Инасиу да Силву.

Беспорядки охватили Эквадор, чье население возмутилось повышению цен на бензин. Протесты приняли такой размах, что Ленин Морено в какой-то момент даже вынужден был перенести правительство из столицы Кито в город Гуаякиль. Наконец, в Чили больше миллиона человек вышли на улицы Сантьяго, протестуя против повышения цен на проезд в метро. В столкновениях с полицией погибли 17 человек, более тысячи госпитализированы. Протесты быстро перешли в погромы. Сотни магазинов и десятки станций общественного транспорта были сожжены. Чилийцы стали требовать отставки правительства, повышения заплат, снижения налогов, достойного бесплатного образования и медицинского обслуживания. Из-за беспорядков президент Чили Себастьян Пиньера даже отменил саммит АТЭС, запланированный на середину ноября. Местные аналитики говорят, что население запросило новый «социальный контракт» с властями.

Чилийский бунт стал неожиданностью для многих. Это самая стабильная, динамично развивающаяся страна на континенте. За последние годы властям удалось снизить индекс бедности с 40 до 10%. Инфляция в районе 2%. Безработица не превышает 6,5%. Минимальная зарплата — $408 (в Венесуэле — $7).

Мнения о том, кто бунтует , разделились. Например, латиноамериканский журналист Андрес Оппенхаймер делает вывод, что это средний класс, требующий большего распределения благ. В отличие от того же Эквадора, где на улицы выходят бедные индейцы. Он приводит рассказ бывшего президента Чили Рикардо Лагоса, который сократил срок президентского мандата с шести до четырех лет. Жители одной из окраин Сантьяго пожаловались: «Понастроили домов, а парковки не предусмотрели». «А вы могли мечтать пару десятилетий назад, что у вас вообще будет машина?» — ответил Лагос. О бунте среднего класса говорили и в Бразилии в 2014 году, когда там, в разгар мундиаля выходили на улицы сотни тысяч рассерженных горожан. Как писала тогда испанская газета El Pais, «Лула и Дилма когда-то напоминали родителей, гордых тем, что их ребенок поднимается по социальной лестнице, уже умеет завязывать галстук, чтобы идти в университет, а в его кармане лежат сотовый телефон и ключи от мотоцикла, или даже и от машины. Однако ребенок вырос, и выяснилось, что у него мятежный дух, и он хочет большего, чем «мобильник» и ключи от мотоцикла. Выясняется, что телефон слишком старый, а мотоцикл чадит».

А вот кубинский оппозиционный деятель и публицист Карлос Альберто Монтанер видит в протестах провокационную деятельность латиноамериканских леваков, а именно Кубы и Венесуэлы. «Я не знаю ни одного человека, который был бы способен сжечь вокзал, чтобы достичь уровня жизни американцев или европейцев, — пишет Монтанер. — Чилийцы живут не хуже поляков, венгров или португальцев». При этом, по убеждению Монтанера, в любой латиноамериканской стране, включая относительно благополучную Чили, достаточно фанатиков, которые готовы уничтожить основы демократии, как это было на Кубе, в Венесуэле и даже в Аргентине, чтобы воплотить в жизнь свои идеологические фантазии. Кубинец убежден, что за стихийным бунтом стоят чилийские коммунисты, а в конечном итоге — они играют на руку венесуэльскому президенту Мадуро, который вскоре после начала протестов в Чили заявил, что «работа Форума Сан-Паулу проходит по плану». Форум Сан-Паулу (Foro de Sao Paulo) объединяет десятки левых партий и организаций Латинской Америки, которые провозгласили целью борьбу против неоглобализма и империализма. Как говорит один из идеологов форума Карлос Санта Мариа, «исторически Латинская Америка всегда была наглядным примером того, как социализм мог стать комплексной социальной альтернативой кабальному капитализму».

В январе, когда исполняющим обязанности президента Венесуэлы провозгласил себя лидер оппозиционной Национальной Ассамблеи Хуан Гуйадо, и его признали власти 60 государств мира, казалось, что дни Мадуро сочтены. Но он не только выжил, но сейчас почувствовал себя политиком если не планетарного, то уж точно континентального масштаба. Венесуэльский режим нарушает все мыслимые права человека в своей стране — право на жизнь, на достойное существование, на свободу, на честное демократическое избрание лидеров страны. Но в октябре этого года Венесуэла была избрана в члены Совета по правам человека ООН. На голосовании она получила поддержку 105 из 193 государств-членов совета, а демократическая Коста-Рика, выставившая свою кандидатуру, — 96.

Развитие человечества идет медленно, хотя, как считается, по спирали. Так что лозунг Маяковского пока остается в силе. «Клячу истории загоним! Кто там шагает правой? Левой, левой, левой!»

Евгений Бай, theins.ru