Белоруска об учебе в Оксфорде: «Педагогам воспитание не позволит сообщить, что ты сказал глупость»

Как выпускница БГУ исполнила свою мечту.

В 9-м классе у Елизаветы Трахалиной из Заславля появилась мечта: учиться в Великобритании. Тогда это казалось невозможным. Сейчас сложно представить, что могло бы остановить Лизу исполнить эту мечту. Год назад выпускница факультета международных отношений БГУ поступила в магистратуру Оксфорда, а недавно прилетела в Беларусь с дипломом. О том, каково это — учиться в одном из лучших университетов мира, пишет tut.by.

В офис редакции tut.by Лиза пришла не с пустыми руками. В бумажном конверте формата А4 бумажный диплом. В нем написано, что Лиза теперь магистр права.

— Как ощущение?

— Классный был год. Я попала в атмосферу, где живут и учатся люди со всего мира, — Лиза не скупится на эмоции. — Сейчас, если захочу посетить какую-то страну, там обязательно найдется человек, с которым мы дружим.

— А родители как отреагировали на твой диплом?

— Первое, что сказали родители, когда встретили меня в аэропорту: «Ты похудела», — шутит собеседница. — А диплом я им даже не показывала. Это ведь просто бумажка.

— Но ради этой бумажки ты трудилась весь год.

— Нет, не ради бумажки, а чтобы получить знания. Кстати, после того, как окончила магистратуру, обратила внимание на один интересный факт. Раньше думала, если ты учился в Оксфорде, проблем найти работу или попасть куда-то на стажировку не возникнет. В любом случае, хотя бы на собеседование тебя позовут. Но все оказалось не так. Было несколько случаев, когда я отправляла резюме в лондонские юрфирмы и не получала никакого ответа. Все потому, что международное право — сфера конкурентная. Причем настолько, что иногда стажерами в английских юрфирмах работают те, кто в своей стране занимал должность судьи.

— Это ты к чему?

— К тому, что даже с дипломом Оксфорда не стоит расслабляться.

Пары

Слово «расслабляться» ни разу не про Лизу. На следующий день после последнего экзамена в Оксфорде она улетела в Женеву стажироваться во Всемирной торговой организации. С июля белоруска живет в Швейцарии. Но давайте пока о жизни в Англии.

Учебный год в Оксфорде начался 7 октября. До того, как стать магистранткой, Лиза здесь была уже три раза. Приезжала с командой на юридические турниры. Поэтому вау-эффекта не случилось.

Учеба у магистрантов строилась так: из 40 курсов студент выбирает четыре предмета, которые учит весь год. В Лизином списке оказались разрешение международных споров, международное право и вооруженные конфликты, международное экономическое право, международный коммерческий арбитраж. По каждому предмету в неделю было всего одно занятие, которое длилось 2 часа.

Звучит «лайтово». Лиза тоже сразу так думала, пока не узнала про количество «домашки». В общей сложности на одну пару требовалось проштудировать около тысячи страниц. Конечно, можно было все и не читать. Задание никто не проверяет. Вот только ребята вокруг настолько хотели учиться, что желающих схалтурить не было.

— 4000 страниц в неделю! Как это вообще можно прочесть?

— Читать каждый день начинала в 9 утра и заканчивала в 8−9 вечера, но пройти все, конечно, невозможно. Однако учеба построена так, что год разделен на три триместра, каждый по два месяца. Затем полтора месяца каникул. Считается, что на каникулах ты должен пройти все, что не успел в семестре. Плюс повторить изученное, — отвечает собеседница и переходит к описанию пар: — Из материала, который мы готовили к занятию, преподаватель выбирал цитату и предлагал ее обсудить. Можно соглашаться с высказыванием или нет. Без разницы. Главное — используя прочитанное, аргументировать свою позицию. В отличие от нашей системы образования, где студенту достаточно запомнить и пересказать мысли автора, тут важно понять и переработать прочитанную информацию. Это гораздо сложнее, но полезнее.

Да и занятие получается интереснее. Хотя есть одно но.

— В Англии все за всё извиняются. Задели тебя в метро — простите, наступили на ногу — извините, — останавливается на нюансах Лиза. — Так вежливо ведут себя не только прохожие на улице, но и преподаватели на занятиях. С одной стороны, это хорошо, в такой ситуации ты не боишься высказывать какие-то идеи. Понимаешь, они будут рассмотрены. С другой — сложно понять, хорошую ты выразил мысль или не очень. Ведь большинству педагогов воспитание не позволит сообщить, что ты сказал глупость.

И это при том, что наставники и студенты спорят иногда по полпары.

После четырех лекций-обсуждений следует тьюториал. Это когда группа из трех студентов приходит к преподавателю в офис или домой.

— До этого все отправляют ему эссе. Затем, когда мы собираемся, в течение часа обсуждаем идеи, которые каждый из нас вложил в свое сочинение.

Оценки

В Англии, продолжает Лиза, в отличие, например, от США, не очень любят оценивать людей и составлять рейтинги студентов. В группе белоруски никто не знал оценок друг друга. Впрочем, это никого и не интересовало.

— Человеку не нужно сравнивать себя с другими, только с самим собой, — делится мнением белоруска. — Подход такой: студент не должен быть лучше того, кто рядом, а только лучше себя самого. Это гораздо сложнее, но дает больше шансов дотянуться до своего максимума.

— Оценки на экзамене всем тоже безразличны?

— В Оксфорде студентов оценивают не в баллах, а в процентах. На экзамене есть три деления — «отлично», «хорошо» и «сдал», что значит прошел минимальный порог. Это 50 процентов. С этим справляются все. Моя общая финальная оценка — «хорошо». Хотя можно было получить и «отлично», но тогда пришлось бы все время тратить на учебу. У меня же была куча других активностей: я преподавала хип-хоп, занималась дебатами, фехтованием, греблей.

Сами экзамены, кстати, проходят в конце года. Один день — один предмет. И это, говорит Лиза, целая церемония.

— Ты надеваешь мантию, белую блузку, черные брюки и идешь в экзаменационную школу. Там сдают экзамены все студенты Оксфорда, — описывает обстановку Лиза. — Внутри огромные комнаты, где за партами рассаживаются по одному. Экзамены пишут от руки, и это самое сложное. Ведь все уже давно привыкли печатать.

На каждом экзамене студентам предлагают 8 вопросов. Из них нужно выбрать три. Вопросы чаще всего сформулированы в форме цитат. И магистрант, используя изученное, должен высказать, что он или она думает по поводу предложенного высказывания. Свои мысли студент оформляет в виде трех эссе. На всё про всё три часа. Причем нужно обязательно предложить свой взгляд на проблему. Если пересказать только информацию из учебников, скорее всего будет несдача.

Магистранты

По одной программе учиться вместе с Лизой приехало около 140 магистрантов из разных стран. Она была единственной из Беларуси. Чтобы описать сокурсников, Лизе понадобилось всего одно предложение: «Мне кажется, все они когда-нибудь получат Нобелевскую премию».

— Со мной, например, училась девушка из Индии. Ее папа начальник одной из железнодорожных станций. Она рассказывала, что у станции постоянно бегают толпы брошенных детей, которые ищут еду. Чтобы научить их читать и писать, Аюши и ее мама открыли для них школу. Был с нами и молодой человек, который восстанавливает водную систему в своем регионе, — рассказывает Лиза. — Все мои сокурсники — большие молодцы. Кстати, в университете я не встречала никого, кто бы учился там лишь потому, что у него обеспеченные родители.

При этом разницы — богатый ты или нет — никто не ощущает. Во многом, поясняет девушка, это связано с культурой самой Англии, где, в отличие от Америки, не принято понтоваться. Наоборот, говорит собеседница, в Оксфорде все очень дружелюбны.

— До того, как у нас начались пары, мы прошли матрикуляцию — это церемония, когда тебя посвящают в студенты Оксфорда, — говорит Лиза. — Ее организуют в Шелдонском театре, где собирают только прибывших студентов. Все очень торжественно. На нас традиционный костюм с мантией, ректор зачитывает речь на латинском — и ты становишься членом университета. Самое интересное, что латинский почти никто из ребят не понимает, но все серьезно кивают.

Еще один обычай, который запомнился белоруске, связан с экзаменом. По традиции, каждый студент должен прийти на испытание с хризантемой на мантии.

— На первый — с белой, на второй и третий — с розовой, на четвертый — с красной, — перечисляет Лиза. — Считается, что хризантемы студенту должны покупать друзья. Правда, некоторые магистранты за год учебы не всегда находят близких приятелей и приобретают хризантемы сами. А вот студенты-бакалавры, которые вместе три года, этот ритуал сохранили.

Быт

Во время учебы Лиза жила в общежитии университета. В ее крыле было три человека. У каждого своя комната, санузел, а вот кухня — общая. Гостей приглашать можно: на пару дней к белоруске даже прилетали мама и 11-летний брат. Маму Оксфорд поразил. «Никогда, — восхищалась она, — не представляла, что здесь побываю».

— По доброй родительской традиции захватили с собой сумки закаток?

— Нееет, — смеется собеседница. — Я просила только сгущенку и глазированных сырков.

— Привезли?

— Сгущенки только баночку, а вот сырков — целую коробку.

После того как Лиза поступила, она выиграла две стипендии — одну от Оксфорда (Weidenfeld-Hoffmann), вторую — от Британского посольства (Chevening). Это не только покрыло стоимость обучения, но и гарантировало ей 1100 фунтов стипендии каждый месяц. Сумма, говорит собеседница, для Великобритании не очень большая, но на жизнь хватало. 500 фунтов уходило на оплату общежития, остальное на еду. Еду, кстати, можно было готовить самой или ходить в обеденный зал в колледже. Один ланч стоил около 5 фунтов.

На занятия девушка добиралась на велосипеде. В Оксфорде, вспоминает, очень много велосипедистов. Ездят они в шлемах и нередко стоят в «двухколесных» пробках. Ситуацию, что пешеход может попасть под велосипед, тут гораздо проще представить, чем аварию с автомобилем.

— А еще, кажется, все вокруг бегают, — описывает жителей города собеседница. — Но я к этому приобщилась, только когда переехала в Женеву.

Женева

Диплом Оксфорда, говорит Лиза, признается почти во всем мире. Это дает возможность подавать документы на работу в разных странах. Первой белоруска выбрала Швейцарию.

— После поступления в Оксфорд узнала, что Всемирная торговая организация предлагает стажировки для граждан из стран, которые находятся в процессе присоединения к ВТО (The WTO Accessions Internship Programme). К ним относится и Беларусь. В ноябре я отправила им заявку, но никакого ответа не получила. К концу учебы нашла себе стажировку в Лондонской юрфирме и уже даже забыла про ВТО. И вдруг в мае мне пришло письмо, в котором сказано, что они отобрали меня для экзамена. Я его написала, прошла собеседование — и меня взяли.

Сейчас Лиза стажируется в секретариате организации (стажировка оплачиваемая). Здесь она работает с правительствами разных государств по вопросам присоединения к организации.

— Как родители отнеслись к тому, что ты снова уезжаешь?

— Спокойно, они всегда знали: я человек международный. Моя работа в ВТО сейчас связана с экономической политикой. Я никогда ее не изучала и собираюсь это наверстать. Много возможностей в данном направлении предлагает Китай. Поэтому после Женевы я собираюсь в Пекин на программу Schwarzman Scholars.

— Уже думала, как будешь применять в жизни все эти знания?

— Позже я хочу баллотироваться в парламент. Уверена, там мои знания в международном праве и вопросах формирования экономической политики обязательно пригодятся. Особенно если учитывать, что экономическое развитие, на мой взгляд, является приоритетным для страны.